Читаем без скачивания Если завтра война. «Арабская весна» и Россия - Эль Мюрид

Сирийское правительство слишком благодушно реагировало на ведущиеся действия, в основном сводя свое противодействие к рефлексивным действиям. Не была произведена оценка угроз и опасностей – вследствие чего первый год был практически утерян.

При этом Запад активно действовал по запугиванию первых лиц режима, заставляя их колебаться и не принимать более жесткие и решительные меры. Опыт Ливии и пример жестокой казни Каддафи был использован Западом для запугивания руководства Сирии в полной мере – были предприняты попытки провести ряд резолюций Совета безопасности, очень напоминающие те, которые и привели к внешнему вмешательству в ливийские события. Руководство Сирии старалось «задобрить» Запад, не рискуя быстро и без сантиментов – как к примеру, в Белоруссии – взять ситуацию под контроль. Это и явилось крупным просчетом, так как позволило продержать ситуацию в режиме «раскачивания» практически целый год.

Запад же этот год использовал со значительным успехом. Вербовка боевиков внутри Сирии в маргинальной и уголовной среде, тактика террора и запугивания руководящих кадров низового звена привели к тому, что на части территорий страны законность и правопорядок по сути рухнули. Население начало воспринимать психологический и информационный террор, сопоставляя его с реально происходящими на их глазах событиями. Наступило время стремительного наращивания численности банд – пока откровенно криминальных и состоящих в основном из сирийцев – занимающихся криминальными преступлениями на тех территориях, где был утрачен полностью или частично государственный контроль.

С окончанием войны в Ливии значительная часть боевиков-иностранцев покинула Ливию – столкнувшись с серьезным сопротивлением местных племен, не имея каких-либо интересов на территории Ливии, профессиональные боевики выбрали для себя сирийское направление, как более перспективное для ведения следующего этапа борьбы. Часть исламистов закрепилась в Феццане и активно занялась подготовкой новых групп боевиков, начавших стекаться на эту «серую» территорию.

Аравийские монархии, высвободив ресурсы, перевели их на сирийское направление, резко нарастив финансирование войны в Сирии.

Буквально за месяц, прошедший с момента смерти Каддафи – уже в ноябре 11 года крупные силы исламистов-радикалов были переброшены в Ливан, откуда они совершили нападение на приграничный крупный сирийский город Хомс. Это был первый опыт в сирийском конфликте, когда крупный населенный пункт стал целью военного нападения иррегулярных формирований радикальных исламистских отрядов.

Захватив часть города, боевики сумели наладить серьезную оборону и вскрыли существенные недостатки сирийской власти – оказалось, что несмотря на мощную по региональным меркам армию и обилие спецслужб нужных институтов, имеющих возможность противостоять подобной угрозе, в Сирии не оказалось.

Армейский спецназ оказался единственным эффективным инструментом противодействия, однако руководство армии и страны не сумело сконцентрировать силы и средства, опасаясь за лояльность армии в действиях против провозглашающих лозунги ислама боевиков в условиях непрекращающейся информационной войны.

В итоге Хомс освобождали обычные подразделения армии, которые вместе с боевиками нанесли городу существенный урон в жилом фонде, в инфраструктуре просто в силу своей неготовности к подобного рода точечным действиям. Все это привело к массовому исходу жителей и усугублению общей ситуации в стране.

Тем не менее, Запад оценил угрозу, в результате которой отряды боевиков были фактически разгромлены и потеряли даже то минимальное управление, которое существовало в их отрядах. Именно поэтому был запущен миротворческий процесс, который был принят Россией и Сирией за успех – что в конечном итоге привело к тому, что боевики под прикрытием процесса прекращения огня смогли перегруппироваться и кратно нарастить свои ресурсы. В это же время на полную мощность заработали лагеря подготовки боевиков в Турции, Ливане, Ливии – и ежемесячное пополнение отрядов «повстанцев» стало составлять от 2 до 3 тысяч плохо обученных, но тем не менее вооруженных и мотивированных бойцов.

Апрель-май 2012 года стал переходом к стратегии асимметричной войны, контуры которой были реализованы ранее в Ливии. Важнейшей особенностью этой войны стали согласованные действия международных структур – вновь Запад стал координирующим центром, аравийские монархии – финансовым центром войны, а сетевые структуры Аль-Аль-Каидыработающие под контролем ЦРУ – её мобилизационным центром. Такое распределение ролей, по всей видимости, было признано наиболее эффективным, а главное – совершенно безопасным с точки зрения возможного ответа со стороны Сирии.

Таким образом, для стран, в которых имеется существенная доля исламского населения можно считать отработанной в полевых условиях технологию первого этапа запуска демонтажа государственных структур – организацию информационного давления, раскачки ситуации и вербовку любого требуемого количества людей, отвечающих за создание обстановки психологического террора в условиях существования мощной системы спецслужб.

Также можно считать, что успешно прошли полевые испытания технологии, позволяющие наращивать в короткие сроки количественно боевые структуры, уверенно действующие против армии, ставя её в крайне сложные условия войны на своей территории в собственных городах в окружении собственного населения.

При этом очень серьезный опыт получили информационные структуры, отвечающие за ведение информационной войны как внутри демонтируемого государства, так и вне его для создания благоприятного информационного фона.

Стоит отметить, что крупнейшие американские интернет-корпорации «Гугл», «Фейсбук» работали согласованно с госструктурами, быстро и качественно зачищая свои ресурсы от массивов неугодной информации, разоблачающей ложь и недостоверные факты, публикуемый западными СМИ. В итоге создано отработанное взаимодействие в информационном поле, борьба с которым практически невозможна или малоэффективна.

Наконец, оперативность, с которой изменялись тактические схемы применительно к меняющейся обстановке, позволяют предположить о существовании разветвленной системы штабных структур, управляющих своими участками работы. Вероятно, эти штабы имеют и верхний уровень управления, координирующий всю деятельность по уничтожению Сирии – от чисто военных методов до информационных и дипломатических усилий на любом уровне, включая и высший международный.

Особенности асимметричной войны в Сирии и принципиальные её отличия от предыдущих видов конфликтов

Внешне асимметричная война, ведущаяся в Сирии, напоминает партизанскую войну, восстание или мятеж с элементами гражданской войны. Именно такое впечатление искусственным образом насаждается средствами массовой информации и поддерживается Западом, ООН, группой стран – «Друзей Сирии» и правозащитными организациями. Однако необъективное замалчивание некоторых особенностей кардинально искажает картину происходящего.

Основная задача ведущейся войны – массовый психологический террор против населения. Для этого боевики Свободной Сирийской Армии, исламисты «Фронта Ан-Нусра» и других радикальных группировок полностью отказались от соблюдения минимального набора норм международного гуманитарного права (МГП) и проводят массовые расстрелы пленных, гражданских лиц, совершают теракты, сознательно направленные на максимизацию жертв. Для решения этой же задачи боевики практикуют тактику «выжженной земли», уничтожая инфраструктурные объекты, объекты жизнеобеспечения, разрушая промышленные предприятия, ведя охоту на представителей отдельных гражданских специальностей – в первую очередь врачей.

В таких условиях поддержка боевиков местным населением является недостижимой – что, видимо, учитывается технологами войны и признано допустимым. Вывод, который можно сделать из стратегии боевиков в Сирии – своими действиями они коренным образом отличаются от партизан или боевиков, опирающихся на поддержку местного населения, и в отрыве от этой поддержки теряющих боевые возможности. Это как раз совершенно неудивительно – если на первом этапе войны в Сирии основу вооруженной оппозиции составляли как раз местные кадры, воюющие непосредственно на территории своего проживания (что как раз характерно для партизанской войны), то начиная с лета 2012 года доля иностранных наёмников в рядах боевиков стала резко расти – и именно с этого момента происходит трансформация всей стратегии войны с их стороны.